3. Согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 15 июля 1999 года N 11-П, конституционные требования справедливости и соразмерности предопределяют, по общему правилу, необходимость дифференциации юридической ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при выборе той или иной меры государственного принуждения.
Применительно к административной ответственности эти конституционные требования нашли отражение в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях, который предписывает при назначении административного наказания физическому лицу учитывать характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность (часть 2 статьи 4.1). Аналогичное предписание содержит Уголовный кодекс Российской Федерации: согласно его статье 6 наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, т.е. соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. При этом названные законодательные акты устанавливают систему гарантий и правовых институтов, которые призваны обеспечивать справедливость и соразмерность наказания как меры юридической ответственности.
Так, перечень административных наказаний, предусмотренных Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, к числу наиболее существенных по своему правоограничительному эффекту относит лишение специального права, административный арест, дисквалификацию, административное приостановление деятельности, что предполагает их применение в случаях, когда другие виды наказаний не могут обеспечить цели административных наказаний (статьи 3.8, 3.9, 3.11 и 3.12). Данные виды административных наказаний назначаются судьей (исключение составляет административное приостановление деятельности, которое в отдельных случаях может назначаться иным должностным лицом) и носят срочный характер: срок лишения специального права не может быть менее одного месяца и более трех лет, административный арест устанавливается на срок до пятнадцати суток (за нарушение требований режима чрезвычайного положения или правового режима контртеррористической операции - до тридцати суток), дисквалификация - на срок от шести месяцев до трех лет, административное приостановление деятельности - на срок до девяноста суток, но исполнение данного наказания может быть прекращено досрочно, если будет установлено, что предусмотренные законом обстоятельства, послужившие основанием для его назначения, устранены.
Срочными по характеру являются и виды наказаний, предусматриваемые Уголовным кодексом Российской Федерации, за исключением тех из них, которые в силу своей природы не имеют временного измерения (штраф, лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград), и пожизненного лишения свободы, хотя законодатель и допускает возможность условно-досрочного освобождения от отбывания пожизненного лишения свободы, если судом будет признано, что лицо не нуждается в дальнейшем отбывании этого наказания и фактически отбыло не менее двадцати пяти лет лишения свободы (статья 44 и часть пятая статьи 79).
Определенным сроком ограничиваются также иные - помимо наказания - негативные правовые последствия привлечения гражданина к административной или уголовной ответственности: статья 4.6 КоАП Российской Федерации предусматривает срок, в течение которого лицо считается подвергнутым административному наказанию, а в соответствии со статьей 86 УК Российской Федерации для уголовной ответственности это срок до погашения или снятия судимости.
4. В соответствии с неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации правовой позицией, вытекающим из статей 1 (часть 1), 6 (часть 2), 17 (часть 3) и 19 Конституции Российской Федерации принципом юридического равенства обусловливается необходимость формальной определенности, точности, ясности, недвусмысленности правовых норм и их согласованности в системе действующего правового регулирования; юридическое равенство может быть обеспечено лишь при условии единообразного понимания и толкования правовой нормы; законоположения, не отвечающие указанным критериям, порождают противоречивую правоприменительную практику, создают возможность их неоднозначного истолкования и произвольного применения и тем самым ведут к нарушению конституционных гарантий государственной, в том числе судебной, защиты прав, свобод и законных интересов граждан (статья 45; статья 46, части 1 и 2, Конституции Российской Федерации).
4.1. В качестве признака, определяющего включение в перечень совершенных гражданами правонарушений, которые в соответствии с положением части десятой статьи 13 Федерального закона «Об оружии» влекут для них запрет на приобретение охотничьего огнестрельного оружия с нарезным стволом, федеральный законодатель избрал объект правовой защиты (отношения, связанные с охраной животного мира и с оборотом оружия), не уточнив при этом вид юридической ответственности, в связи с которой назначается данная административно-предупредительная мера.
Такая неопределенность правового регулирования позволяет распространять запрет на приобретение гражданского огнестрельного оружия с нарезным стволом за совершение правонарушений как на лиц, привлекавшихся к административной ответственности, так и на лиц, привлекавшихся к уголовной ответственности (например, за небрежное хранение оружия или незаконную охоту). Во взаимосвязи с положениями административного и уголовного законодательства это означает, что совершившим правонарушение в смысле положения части десятой статьи 13 Федерального закона «Об оружии» лицо может быть признано на основании вступившего в законную силу акта суда или иного уполномоченного органа публичной власти (должностного лица). При этом данное законоположение не определяет срок, в течение которого действует предусмотренный им запрет, равно как и не отсылает к соответствующим нормам законодательства Российской Федерации об административных правонарушениях и уголовного законодательства Российской Федерации, которые устанавливают сроки негативных последствий, связанных с фактом привлечения к ответственности (срок, в течение которого лицо считается подвергнутым административному наказанию, или срок до снятия или погашения судимости).
Кроме того, присущая положению части десятой статьи 13 Федерального закона «Об оружии» неопределенность не позволяет однозначно ответить на вопрос, распространяется ли на регулируемые им отношения, касающиеся только права на приобретение охотничьего огнестрельного оружия с нарезным стволом, правило статьи 26 того же Федерального закона, в силу которого в случае аннулирования лицензии на приобретение оружия и (или) разрешения на хранение оружия гражданин вправе повторно обратиться за их получением по истечении одного года со дня окончания срока наложения административного наказания в виде лишения права на приобретение оружия либо права на хранение или хранение и ношение оружия или со дня устранения обстоятельств, исключающих в соответствии с данным Федеральным законом возможность получения таких лицензии и (или) разрешения (часть пятая).
Само по себе придание конкретной административно-предупредительной мере свойства бессрочности (особенно в тех случаях, когда она распространяется на отношения, не являющиеся для субъекта этих отношений жизненно важными) не может служить основанием для признания ее несоразмерной и несправедливой. Что касается положения части десятой статьи 13 Федерального закона «Об оружии», то именно бессрочный характер предусмотренной им административно-предупредительной меры в совокупности с неопределенностью его правового содержания, не позволяющей однозначно соотнести эту меру с видом юридической ответственности, в связи с которой она назначается, приводит к нарушению конституционных принципов равенства, справедливости и соразмерности допустимых ограничений прав, закрепленных статьями 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 2) и 37 (часть 1) Конституции Российской Федерации, к умалению конституционных гарантий их государственной, в том числе судебной, защиты в отношении граждан, привлеченных к ответственности за значительно различающиеся по степени общественной опасности и причиняемому вреду правонарушения (например, нарушение правил коллекционирования или экспонирования оружия и патронов к нему и незаконное производство и сбыт оружия). Неопределенность положения части десятой статьи 13 Федерального закона «Об оружии» - при отсутствии правовых предпосылок дифференцированного подхода при его применении органами внутренних дел и судами при рассмотрении дел об оспаривании отказа в выдаче лицензии на приобретение охотничьего огнестрельного оружия с нарезным стволом и об аннулировании лицензии на приобретение и (или) разрешения на хранение и ношение охотничьего огнестрельного оружия с нарезным стволом - обусловливает неоднозначное истолкование и произвольное применение данного законоположения, а следовательно, порождает противоречивую правоприменительную практику, что, в свою очередь, приводит к нарушению конституционных гарантий государственной, в том числе судебной, защиты прав, свобод и законных интересов граждан (статья 45; статья 46, части 1 и 2, Конституции Российской Федерации).
4.2. Таким образом, положение части десятой статьи 13 Федерального закона «Об оружии» не соответствует Конституции Российской Федерации, ее статьям 17, 18, 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 2), 45, 46 (части 1 и 2) и 55 (часть 3), в той мере, в какой оно, не конкретизируя срок запрета на приобретение охотничьего огнестрельного оружия с нарезным стволом гражданами, совершившими правонарушения, связанные с нарушением правил охоты, правил производства оружия, торговли оружием, продажи, передачи, приобретения, коллекционирования или экспонирования, учета, хранения, ношения, перевозки, транспортирования и применения оружия, а также вид юридической ответственности, в связи с которой назначается данная административно-предупредительная мера, в силу своей неопределенности, порождающей возможность неоднозначного истолкования и произвольного применения, позволяет рассматривать ее как установленную в отношении таких граждан бессрочно - вне зависимости от степени общественной опасности и тяжести совершенного правонарушения, а также срока, в течение которого лицо считается подвергнутым административному или уголовному наказанию.
5. Исходя из цели обеспечения баланса конституционно значимых ценностей и необходимости обеспечить стабильность правоотношений в сфере оборота гражданского оружия в интересах субъектов права, Конституционный Суд Российской Федерации считает возможным, руководствуясь пунктом 12 части первой статьи 75 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», определить следующий порядок исполнения настоящего Постановления.
Федеральному законодателю надлежит - исходя из требований Конституции Российской Федерации и с учетом настоящего Постановления - внести необходимые изменения в правовое регулирование условий приобретения охотничьего огнестрельного оружия с нарезным стволом гражданами, которые совершили правонарушения, связанные с нарушением правил охоты, правил производства оружия, торговли оружием, продажи, передачи, приобретения, коллекционирования или экспонирования, учета, хранения, ношения, перевозки, транспортирования и применения оружия.
Впредь до введения в действие нового правового регулирования граждане, совершившие административные правонарушения, связанные с нарушением правил охоты, правил производства оружия, торговли оружием, продажи, передачи, приобретения, коллекционирования или экспонирования, учета, хранения, ношения, перевозки, транспортирования и применения оружия, вправе обращаться за получением лицензии на приобретение охотничьего огнестрельного оружия с нарезным стволом по истечении срока, в течение которого лицо считается подвергнутым административному наказанию (статья 4.6 КоАП Российской Федерации). Что касается граждан, совершивших преступления, связанные с нарушением правил охоты и правил оборота оружия, то они вправе обращаться за получением лицензии на приобретение охотничьего огнестрельного оружия с нарезным стволом после снятия или погашения судимости в соответствии со статьей 86 УК Российской Федерации.
Этим не исключается право федерального законодателя при внесении изменений в Федеральный закон «Об оружии» по-иному определить срок действия предусмотренной частью десятой его статьи 13 административно-предупредительной меры, равно как в зависимости от тяжести противоправного деяния и иных характеризующих его обстоятельств установить возможность ее бессрочного применения за отдельные виды правонарушений.
Исходя из изложенного и руководствуясь частью второй статьи 71, статьями 72, 74, 75, 78, 79 и 100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации
1. Признать положение части десятой статьи 13 Федерального закона «Об оружии», устанавливающее в качестве административно-предупредительной меры запрет на приобретение охотничьего огнестрельного оружия с нарезным стволом для тех из указанных в части восьмой данной статьи граждан Российской Федерации, которые совершили правонарушения, связанные с нарушением правил охоты, правил производства оружия, торговли оружием, продажи, передачи, приобретения, коллекционирования или экспонирования, учета, хранения, ношения, перевозки, транспортирования и применения оружия, соответствующим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования это законоположение направлено на упорядочение оборота охотничьего огнестрельного оружия с нарезным стволом в целях защиты жизни и здоровья граждан, собственности, обеспечения общественной безопасности, охраны природных ресурсов.
2. Признать положение части десятой статьи 13 Федерального закона «Об оружии» не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 17, 18, 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 2), 45, 46 (части 1 и 2) и 55 (часть 3), в той мере, в какой оно, не конкретизируя срок запрета на приобретение охотничьего огнестрельного оружия с нарезным стволом гражданами, совершившими правонарушения, связанные с нарушением правил охоты, правил производства оружия, торговли оружием, продажи, передачи, приобретения, коллекционирования или экспонирования, учета, хранения, ношения, перевозки, транспортирования и применения оружия, а также вид юридической ответственности, в связи с которой назначается данная административно-предупредительная мера, в силу своей неопределенности, порождающей возможность неоднозначного истолкования и произвольного применения, позволяет рассматривать ее как установленную в отношении таких граждан бессрочно - вне зависимости от степени общественной опасности и тяжести совершенного правонарушения, а также срока, в течение которого лицо считается подвергнутым административному или уголовному наказанию.
3. Федеральному законодателю надлежит - исходя из требований Конституции Российской Федерации и с учетом настоящего Постановления - внести необходимые изменения в правовое регулирование условий приобретения охотничьего огнестрельного оружия с нарезным стволом гражданами, которые совершили правонарушения, связанные с нарушением правил охоты, правил производства оружия, торговли оружием, продажи, передачи, приобретения, коллекционирования или экспонирования, учета, хранения, ношения, перевозки, транспортирования и применения оружия.
4. Дела граждан Белокриницкого Григория Викторовича и Тетерина Василия Николаевича, судебные постановления по которым основаны на положении части десятой статьи 13 Федерального закона «Об оружии» в той мере, в какой оно признано настоящим Постановлением не соответствующим Конституции Российской Федерации, подлежат пересмотру в установленном порядке.
5. Настоящее Постановление окончательно, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после провозглашения, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.
6. Настоящее Постановление подлежит незамедлительному опубликованию в «Российской газете» и «Собрании законодательства Российской Федерации». Постановление должно быть опубликовано также в «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации».
Российской Федерации